Все судьи были согласны в том, что «собственность на литературное произведение является следствием не самовольной власти, но закона и справедливости, а потому должна быть защищена», но Йейтс утверждал, что права на такую собственность нельзя обнаружить ни в общем праве, ни в расширенном общеправовом определении собственности; оно обнаруживается только в Статуте об авторском праве 1709 г., который представлял собой употребление прерогативы в ее расширенной форме верховной власти, ограничивавшей срок действия дара периодом, более или менее соответствовавшим предположительному сроку жизни автора.

В наибольшей степени такая объективистская позиция характерна для О. Шика. Этот ревизионист не прочь потолковать о заслугах марксизма в изучении «принципа эквивалентности труда», в чем сказывается его превосходство над «экономической мыслью Запада».

Свидетельство тому — наличие особо прибыльного рынка патентов и лицензий, торговли «ноу-хау». Крупные «мозговые центры» современных монополий ассимилируют растущее количество работников умственного труда, в том числе работников науки, большинство из которых не только формально, но и реально подчинены капиталу, т.

Концепция Лёбла, призванная, по мысли ее автора, осветить новейшие явления в экономике капитализма, на деле игнорирует многообразные проявления научно-технического прогресса в потреблении рабочей силы капиталом.

Такие различия между Мэнсфилдом и Йейтсом в понимании «уместности» породили различие не только в толковании ими общего права, но в толковании прерогативы.