В другом месте Гароди воспроизводит высказывание Гэлбрейта о возрастании разрыва между богатством, используемым для удовлетворения индивидуальных потребностей, и крайне, ограниченными средствами, выделяемыми на общественные нужды: строительство школ, больниц, стадионов и т.

Предпринимательское право, возникшее в результате такого развития, так же отличается от старого общего права, как отличается действующий бизнес от акра земли или обещание — от лошади.

Однако реальные факты, особенно события последнего десятилетия, как разсвидетельствуют о противоположном.

Действительно, в современных условиях на первый план выступают и такие проблемы, как удовлетворение от труда, его творческий характер, социальная активность, участие в принятии хозяйственных и политических решений на разных уровнях, доступность высших областей культуры, человеческое достоинство и свобода личности, в конечном счете, обретение подлинного смысла жизни.

Кто-то должен выбирать между обычаями. Тот, кто выбирает, — законодатель. Шериф выбирает одни обычаи, отвергает другие и в рамках своей власти и иммунитета обладает исключительным правом на действие.

Такой подход к проблеме совершенно несостоятелен. Как показал К. Маркс, только глубокий анализ капиталистического производства — исследование стоимости товара рабочая сила, закона капиталистического накопления и т.

Забастовки мая — июня 1968. г. во Франции, «горячая осень» 1969 г. в Италии, массовое движение протеста против войны во Вьетнаме и расовой дискриминации в США прозвучали погребальным звоном над надеждами буржуазных идеологов добиться «гармонии интересов» путем увеличения макроэкономических индексов.

Ни одна из двух сторон, безусловно, не доводила своей теории до логического завершения; и как исторический факт: первые обращали внимание на прерогативу, а вторые — на общее право.

Согласно утверждениям Шика, увеличение национального дохода в условиях «передового капитализма» автоматически приводит к подъему жизненного уровня народных масс, а вместе с тем и к умиротворению социальной конъюнктуры.

Хотя Шик и признает, что «в отдельные периоды» темп роста прибавочной стоимости опережает показатели увеличения заработной платы, тем не менее, он считает нужным подчеркнуть, что относительная форма ухудшения положения рабочего класса не приводит якобы к его радикализации, «не порождает никакого социального сопротивления и революционной борьбы за уничтожение капиталистического строя», ибо «относительный рост» прибавочной стоимости сопровождается увеличением реальной заработной платы и удовлетворением социальных нужд трудящихся.

Переговорная власть индивидуального работника должна была быть усилена коллективной властью, а коллективная власть должна была быть гарантирована получением согласия на создание профсоюза.

Несостоятельность его «теорий» заключается, следовательно, в попытках ограничить перечень потребностей рабочего класса «доминирующим» и едва ли не единственным «интересом к потреблению», трактуемым в самом узком и примитивном плане.

Хотя Шик и упоминает при этом о борьбе рабочего класса за свои жизненные интересы, но фактически, толкуя о небывалой уступчивости предпринимателей, он принижает подлинное значение этого фактора.

Если мы называем принуждением угрозу забастовкой в случае, если истец не согласится на создание профсоюзной организации, то таким же принуждением будет и отказ в приеме на работу в случае, если заявитель не согласится с отсутствием профсоюза.

Однако вопреки мнению Шика это обстоятельство ни в коей мере не противоречит марксистско-ленинской теории.