Марксизм, таким образом, не отбрасывает общего значения потребительной стоимости, он отвергает лишь буржуазное истолкование этого понятия, направленное на то, чтобы выдать полезность вещи за конечное основание товарного обмена.

Все судьи были согласны в том, что «собственность на литературное произведение является следствием не самовольной власти, но закона и справедливости, а потому должна быть защищена», но Йейтс утверждал, что права на такую собственность нельзя обнаружить ни в общем праве, ни в расширенном общеправовом определении собственности; оно обнаруживается только в Статуте об авторском праве 1709 г., который представлял собой употребление прерогативы в ее расширенной форме верховной власти, ограничивавшей срок действия дара периодом, более или менее соответствовавшим предположительному сроку жизни автора.

В наибольшей степени такая объективистская позиция характерна для О. Шика. Этот ревизионист не прочь потолковать о заслугах марксизма в изучении «принципа эквивалентности труда», в чем сказывается его превосходство над «экономической мыслью Запада».

Свидетельство тому — наличие особо прибыльного рынка патентов и лицензий, торговли «ноу-хау». Крупные «мозговые центры» современных монополий ассимилируют растущее количество работников умственного труда, в том числе работников науки, большинство из которых не только формально, но и реально подчинены капиталу, т.